“Не бойся, только веруй”

Масляный светильник, затрещав, погас, исходя сизым дымком, от которого щипало глаза. Иаир, смахивая слезу, отвернулся к окну, в котором уже брезжил рассвет. Тревожная, бессонная ночь оставила на лице и в душе тяжелый отпечаток. Слезы наворачивались не только от дыма: Авива, его дочь, тяжело больна, и ей делалось все хуже. Под утро она впала в забытье и металась в бреду, бессвязно бормоча что-то и вскрикивая.

На улице уже был слышен смех девушек, каждое утро отправлявшихся к колодцу за водой. Веселой гомонящей стайкой шли они с кувшинами на плечах. Только Авивы сегодня не будет с ними… Иаир повернулся к дочери, лежащей на постели в дальнем углу комнаты. Его жена забылась тяжелым сном в той же позе, в которой, сидя возле Авивы, провела всю ночь. Подойдя к дочери, он потрогал рукой ее лоб, покрытый испариной. Ладони стало горячо.

Тихо, чтобы не разбудить жену, Иаир приступил к ритуалу утренней молитвы. Надев на лоб и левую руку тфилин (специальная коробочка с текстами Писания), он покрыл голову покрывалом и начал молитву: «Шма, Йисраэль, Адонай Элогейну, Адонай эхад1…». Произнеся все положенные тексты и благословения, Иаир вышел на улицу, где уже начинался очередной трудовой день небольшого иудейского городка тридцатых годов первого века по рождеству Христову.

***

Однако сегодня неторопливый ритм жизни Иудейской провинции был нарушен. С самого утра от дома к дому полетела будоражащая весть, заставлявшая людей бросать обычные занятия и втягиваться в людской поток, ручейками текущий к центру города. Там эти потоки сливались с гомоном толпы.

Иаир, подавленный горем, был погружен в себя, ведя внутренний диалог с Всевышним, а потому не замечал необычного движения вокруг. Ему было обидно и непонятно, почему его двенадцатилетняя дочь, не сделавшая никому зла, лежит сейчас при смерти. Это казалось таким несправедливым, тем более, что Иаир уже много лет ревностно служил Богу, являясь начальником синагоги. Он был глубоко верующим человеком и с самого детства исполнял все, положенное по Закону Моисееву. Однако в глубине души он страстно желал чуда, хотел видеть живого Бога не только в исполнении религиозных обязанностей, но в реальном действии, как это было во времена древних пророков. И вот его дочь, его Авива при смерти. Именно теперь ему так нужно это реальное действие Божье, потому что никто помочь больше не в силах. Уже испробованы все способы, приглашены лучшие врачи – все бесполезно. И сегодня она уже не приходила в себя. Но Иаир не верил, что Бог заберет его дочь, его весну2…

***

Иаир вначале равнодушно отнесся движению вокруг себя, но потом любопытство взяло верх и он, остановив идущего мимо быстрым шагом Иосифа, своего дальнего родственника, спросил, в чем дело.

- Ты что, ничего не слышал?
- Нет, а что случилось?
- Учитель Иисус из Назарета идет через наш город.
- Что? Тот самый Учитель, который творит чудеса?
- Да-да, тот самый…

Иосиф проговорил это уже через плечо, на ходу. Иаир почувствовал, как внутри него все перевернулось. Надежда, страстная, волнующая, нахлынула на него и бросила в дрожь. Это последний шанс. Быстрей туда, к Учителю, просить Его… нет, умолять спасти дочь.

Иаир бегом бросился по улице, обгоняя людей. Ему вслед недоуменно смотрели, качая головами, видя, что начальник синагоги, которому положено сохранять важность и достоинство, бежит, как мальчишка, подобрав руками полы длинной одежды. Но ему было все равно.

***

Толпа народа окружала Иисуса, стиснула Его со всех сторон на узкой улочке, так что вперед Он продвигался медленно, несмотря на все старания учеников, пытавшихся не дать толпе толкать Его. Все хотели видеть Учителя, дотронуться до Него, веря, что это принесет счастье. Слухи о великих чудесах, творимых Им, давно уже ходили в народе. И вот Он здесь. Буквально весь город собрался сейчас вокруг Иисуса, и народ все прибывал и прибывал. В воздухе стоял гул  сотен людей.

Внезапно что-то произошло, отчего все начали оборачиваться на человека, энергично прокладывавшего дорогу в толпе. Видя, что это начальник синагоги, толпа уважительно расступалась. Вот он уже совсем рядом с Иисусом и, подойдя к Нему, падает ниц на землю.

- Учитель! Иисус! Дочь моя при смерти; приди и возложи на нее руки, чтобы она осталась жива!
Иисус, наклонившись, поднял Иаира и коротко сказал:
-Идем.
Вся масса народа изменила направление движения. Теперь они шли к дому начальника синагоги.
 Иисус остановился, и огляделся. А затем задал вопрос:
- Кто прикоснулся к Моей одежде?
Это был странный вопрос, поскольку Иисус был плотно окружен людьми и Его постоянно толкали. Ученики Его в недоумении спросили:
- Ты видишь, что народ теснит Тебя, и говоришь: кто прикоснулся ко Мне?
Но Иисус продолжал оглядываться, ища кого-то в толпе.
- Ко Мне кто-то прикоснулся большой верой, потому что Я почувствовал, как сила изошла из Меня.
И вдруг одна женщина, сильно смущаясь и робея, несмело подошла к Нему и, низко склонившись, сказала:
- Прости меня, Учитель. Это я дотронулась до Тебя. Я уже двенадцать лет страдаю от кровотечения. На лечение ушло все мое состояние, но никто не мог мне помочь. Я услышала, что Ты появился в нашем городе и решила, что если прикоснусь даже к краю Твоей одежды, то буду исцелена. Прости меня, Учитель, ведь я нарушила Закон, по которому не могу дотрагиваться до человека, чтобы не осквернить его.
- Дочь Моя! вера твоя спасла тебя; иди с миром и будь здорова от болезни твоей.

***

Не успел Иисус договорить это, как к Иаиру подошли несколько человек. По выражению их лиц Иаир понял, что произошло то, чего он больше всего боялся. Сердце защемило, дало сбой, а потом как будто рухнуло, оставив после себя тоскливую пустоту.

- Дочь твоя умерла; что еще утруждаешь Учителя?
Эта весть, поразив его в сердце, медленно начала осмысливаться сознанием. Но Иисус, не дав страшной вести захватить и парализовать разум, положил руку ему на плечо:
- Не бойся, только веруй.
Затем, обращаясь к толпе, сказал строго:
- Вам всем нужно остаться здесь. Со Мной пойдут только Петр, Иоанн и Иаков.

И быстрым шагом  они двинулись вперед.

***

Уже на подходе к дому они услышали плач и причитания. Безотлагательно начались приготовления к похоронам, которые в жарком климате Палестины совершались обычно в день смерти.

Иаир, Христос и трое учеников вошли в дом. Плакальщицы вопили и причитали, женщины сновали туда-сюда, создавая суету. Умершая находилась в малой комнате, а в большой велись приготовления к погребению.
Иисус встал посредине комнаты, поднял руку и, перекрикивая голосящих плакальщиц, громко сказал:

- Что вы плачете и суетитесь? Девочка не умерла, она спит.
Все от неожиданности замерли, глядя на Иисуса. А потом подняли Его на смех:
- Это что за сумасшедший?
- Может, это один из пророков?
- Он, что, великий врач? Да он даже  не посмотрел на нее!
- Откуда он только взялся?

Иисус молча выдержал насмешки, а затем, когда гомон утих, сказал негромко, но так, что все невольно послушались:

- Всем немедленно выйти из дома. Только мать и отец девочки пусть останутся и еще Мои ученики.
Иаир начал подталкивать к выходу женщин:
- Идите, идите, вы слышали, что сказал Учитель.

Происходящее воспринималось им, как во сне. Он двигался, говорил, что-то делал, но только внешне. Сердцем же он ждал чуда. Не было боли утраты, не было страха. Он чувствовал себя, как маленький ребенок, которого за руку ведет в безопасное место большой и сильный взрослый.

***

Иисус прошел в комнату и, подойдя к постели, на которой лежала мертвая Авива, взял ее за руку.

- Дитя, тебе говорю, встань.

Грудь Авивы немедленно судорожно дернулась несколько раз, как бы пытаясь втянуть в себя воздух, а затем она задышала глубоко и часто. На бледное заострившееся лицо вернулся румянец, ресницы затрепетали, и девочка открыла глаза.

По комнате пронесся вздох изумления. Мама Авивы с радостным криком бросилась обнимать дочь, которая уже попыталась встать. Иаир упал на колени и со слезами на глазах, воздев руки к небу, что-то беззвучно шептал.

Иисус уже в дверях обернулся:

- Накормите девочку. И никому не рассказывайте, что здесь сейчас произошло.

С этими словами Он вышел на улицу, где Его ждал народ, ждали больные и немощные. Ждало страждущее человечество.

Станислав БУЛАНОВ

1 Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, Господь един есть (Втор. 6:4).
2 Авива по-еврейски означает «Весна».